Персональный сайт Якова Ерманка - любопытного человека.




 

Персональный сайт Якова Ерманка

Меню
· Главная
· Обо мне
· Содержание
· Авторская
· Израильский дневник
· Мои истории за жизнь
· Туристскими тропами
· И. Долгополов Мастера и шедевры
· Мои стихи
· Бескрылки
· Мои рассылки
· Друзья
· Интересные ссылки
· Галопом по Европам
· Мои рассказы
· Ваши истории
· Фотографии
· Мои комиксы
· Гостевая книга
· Двенадцать евреев
· Про Экслера и не только
· Михаил Лезинский...
· О друзьях- товарищах...
· Мир Театра
· Была война
· Детская комната
· Как пользоваться сайтом
· Нет у меня другой страны
· Конкурс переводов
· Р. Слободчикова Не родись красивой...

Subscribe.ru


Потому что круглая земля
Чтоб вы так жили!
Мастера и шедевры


Объявления

Новые статьи
.: Через всю Францию к ...
.: Через всю Францию к ...
.: Монолог Нины (пр-ние...
.: Белая нить (пр-ние)
.: Заключение
.: Монолог Нины (пр-ние...
.: Белая нить (пр-ние)
.: Последняя любовь имп...
.: Монолог Нины(пр-ние)
.: Последняя любовь имп...

Здесь даже крысы дохнут!!! (окончание)
Я. Ерманок : Мои истории за жизнь : Комментарии[0] Понедельник, 19 Января 2004 - 09:55
Мои истории за жизнь
Сидим мы все на своих определенных местах. Так было заведено давно, так привыкли. Я, как всегда, рядом с Григорьевичем, а технолог, так как только недавно устроился на работу, места определенного еще не приобрел и присаживался на свободное. Чем вносил некоторую сумятицу в наш спаянный коллектив. Или споенный? Это я, конечно, утрирую. Коллектив был дружный, веселый, праздники и другие мероприятия у нас проходили с большим подъемом. Впрочем, в то время везде так было. И это отнюдь не мешало работе. Скорее, наоборот.


Сидим мы с Григорьевичем, а Василий Петрович - напротив. Газетку на колени примостил, рукой ее придерживает и ерзает все на своем месте, ерзает. Никак ему не терпится выступить. А отчеты у нас тоже, как и места, в определенной последовательности. Сначала начальники цехов со своими проблемами, потом службы, потом приглашенные, потом главный инженер и начальник снабжения, потом разбор полетов начальником завода, постановка задач и так далее. Это в идеале. Бывало, конечно, что все совещание проходило под флагом какой-нибудь проблемы, чаще всего с выполнением плана. Тогда все крутилось вокруг этого, возвращаясь снова и снова к какому-то, не решаемому, вопросу, и сценарий нарушался. Начиналась импровизация. Но встать, и выступить без вызова начальника было невозможно. Василий Петрович это знал. Потому и ерзал. А мы ждали развязки. Остальные ни о чем не догадывались.

И вот, этот миг настал. Поговорив о том, о сем, начальник сказал что-то вроде: «А теперь послушаем начальника транспортного цеха» и дал слово технологу. Он-то и обычно говорил громко и возмущенно, а здесь, от долго кипящих в груди слов, от желания вывалить на кого-нибудь свое искреннее возмущение всем происходящим, от уверенности, что все против него, Петрович вообще вообразил себя Дон Кихотом, борющимся с ненавистными ему мельницами, и потерял полностью контроль над собой. Да еще и чувство того, что он прав на все 100%, и нельзя так обращаться с людьми, которых на этом заводе даже за крыс не считают, придало ему смелости. И он, пройдя к столу, швырнул сверток на стол перед носом начальника и возмущенно воскликнул:

- Вот, полюбуйтесь, товарищ начальник, как у вас на заводе относятся к инженерам!

Начальник откинулся в кресле и произнес с подозрением:

- Что это вы притащили, Василий Петрович? Это из гальваники?

- Из гальваники, из гальваники, - передернулся Василий Петрович и судорожно принялся разворачивать газету.

Завернул он свой трофей основательно. Если не ошибаюсь, в полный комплект «Литературной газеты». И, желая быстрее освободить то, что было в нее завернуто и еще для прочности несколько раз перевязано изолентой, принялся прямо на столе рвать бумагу на куски и разворачивать ее, как рулон с обоями. В конце концов, дойдя до конца рулона, он дернул за край и освобожденная крыса (а это была она!) упала начальнику на колени.

Сзади начальника было окно. И весь подоконник был уставлен горшками с цветами, среди которых были и кактусы. Их разводила секретарша с одобрения начальника. Он увлекался фотографией и иногда создавал из этих горшков очень хорошие пейзажи. Или икебаны, не знаю точно, как это называется. Фотографии, одним словом.

Естественно, первой реакцией начальника, не привыкшего видеть на своих коленях вместо секр… (вычеркнуто цензурой) крысу, да еще и не знающего, что она дохлая, было резкое движение назад. Вскочив с кресла, он успел отбросить крысу на стол, да так ловко, что, перелетев через его стол, крыса упала на приставной, за которым сидели главный бухгалтер, старший инженер ОТиЗ, инспектор по кадрам и еще некоторые лица, особо приближенные к импер…, пардон, начальнику завода. Все – женщины.

Начальник отпрянул назад, женщины, увидев перед собой крысу с оскаленной мордой величиной с небольшого волка, с криком бросились из-за стола, а остальные, сидевшие на стульях вдоль стены, вскочили с мест. И даже мы с Николаем Григорьевичем, знавшие о том, что в свертке из «Литературной газеты» лежала дохлая крыса, от неожиданности опешили от такой картины.

Раздался рев начальника. Это, наконец, его мягкое место наткнулось на кактусы, столь любовно выращенные его же люб...(вычеркнуто цензурой) секретаршей.

Все это происходило одновременно. Ревущий начальник, метающиеся по кабинету женщины, падающие стулья… Толпящиеся вдоль стены, ничего не понимающие, руководящие работники завода. А посреди всего этого бедлама, как Робеспьер со знаменем в руках, стоял неизвестно каким образом подхвативший крысу Василий Петрович, и, высоко подняв ее над головой, перекрикивая всех, кричал:

- Смотрите! Смотрите все! Она сдохла на моем рабочем месте! А мне даже молоко не дают! Вы мне все за это ответите!

По его словам выходило, что мы ответим за сдохшую крысу. Но я-то уже утром разобрался...

- Вон! – закричал отревевший свое, похожее на рев лося-самца в брачный период возмущение начальник. Что б ноги твоей больше не было! И крысу свою забирай, чтоб я ее больше не видел!

Слова его были ненамного тише, чем недавний рев, и от них последние горшки попадали с подоконника. Кстати, потом я их долго на нем не видел. То ли начальник на будущее предостерегся, то ли видеть их больше не мог из-за «приятных» воспоминаний, но на несколько месяцев они исчезли. Секретарша, правда, не исчезла, хотя и ходила некоторое время с красными глазами. Видимо, колючки в одном месте у начальника мешали ей исполнять свои профессиональные обязанности. Хотя непонятно, почему... Ну да, ладно.

От этих слов и женского визга и мертвый бы в гробу перевернулся, что уж говорить о взбудораженном еще с утра технологе. Видимо, до него что-то начало доходить, что-то не очень хорошее. Но так сразу остановиться он не мог. А может быть, от сверхвозбуждения потерял ориентацию и не соображал, где выход. Во всяком случае, с крысой в руке он и сам стал, как крыса, метаться по кабинету, натыкаясь то на одного, то на другого. Чем еще больше провоцировал крики женщин и ругань мужчин. В общем, тысяча и одна ночь. Содом и Гоморра. Или что там еще? Последний день Помпеи?

Наконец, стало потише. Устали, однако. Начальник плюхнулся в кресло, снова взвыл, но потом осторожно опустился. Женщины столпились в дальнем углу, мужчины расселись кто где. И только Василий Петрович, бормоча себе под нос: «Ладно, вы у меня еще попляшете. Это вещественное доказательство. Я с ним в министерство поеду» и что-то еще, пытался завернуть дрожащими руками бедную крысу в разорванную «Литературную газету». Никто ему не мешал, вместо Содома и Гоморры кабинет превратился в финальную сцену бессмертной поэмы Н.В. Гоголя «Ревизор». Все ждали занавеса.

Наконец, не доведя дело до конца, Василий Петрович кое-как перекрутил бумагу несколько раз вокруг бездыханного тела и, не справившись со свисающим почти до пола хвостом бедного животного, покинул поле битвы. Судя по воплю секретарши в приемной, хвост свое черное дело сделал.

Народ начал потихоньку шевелиться. Раздались голоса: «Ничего себе, шуточки, так и в психушку можно попасть». Кто-то нервно хихикнул. А когда начальник, неловко повернувшись в кресле, ойкнул, сначала один, потом второй, а через мгновение и все залились таким смехом и всхлипываниями, что ни о каком продолжении совещания не могло быть и речи. Стоило кому-нибудь сказать «А...» или показать в сторону кого-нибудь из присутствующих, как нервный смех снова овладевал ответственными работниками. Пока начальник, ойкающий сквозь смех, что вызывало новую волну, в изнеможении не махнул рукой на дверь и не произнес: «Все свободны». Кто-то еще добавил: «Вместе с крысой», аудитория опять взорвалась, хотя больше вроде и некуда было, и все разошлись.

Больше мы Василия Петровича не видели. Я даже не знаю, когда он приходил за расчетом, когда забирал трудовую книжку, да и приходил ли вообще на завод. С истории этой смеялись еще очень долго, особенно в заводоуправлении. Дело дошло до того, что собираться на совещание в кабинете начальника было первое время невозможно, перешли в кабинет главного инженера, но и там улыбались, глядя друг на друга. Как-то даже сплотила она немного коллектив, эта история. А мы с Николаем Григорьевичем решили, что не повезло технологу у нас по одной простой причине: не сумел правильно влиться. Не с того начал. Лучше бы меня спросил.

* Ваше имя:
Ваш e-mail:
Ваш URL:
* Комментарий:


Архив статей
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
» Октябрь 2018

Разделы
Ваши истории
.: Осенние мотивы
.: Любовь и проблемы с ...
О друзьях, товарищах...
.: Через всю Францию к ...
.: Через всю Францию к ...
Галопом по Европам
.: "И Африка нам не нуж...
.: Последний приют
Фотографии
.: Ледяные цветы
.: Михаэль и Татьяна Че...
Детская комната
.: Чудесное перевоплоще...
.: Сказка о Лени
Р. Слободчикова Не родись красивой...
.: Заключение
.: Последняя любовь имп...
Обо мне
.: В жизни раз бывает.....
.: Мои университеты
Мои комиксы
.: Маевка. Часть 2
.: Маевка. Часть 1
Мои истории за жизнь
.: Поздравляю!!!
.: Как мы "крышей" обза...
Про Экслера и не только
.: Ответный визит (окон...
.: Ответный визит
И. Долгополов "Мастера и шедевры"
.: Эпилог
.: Живопись и музыка
Бескрылки
.: Первая десятка
.: Конкурс
Авторская
.: С НОВЫМ ГОДОМ!
.: Поздравляю!
Форум
.: Как пользоваться сай...
Мир Театра
.: Чокнутые
.: Мифами Одессы ОЧАРО...
Двенадцать евреев
.: Зигмунд Фрейд - хрон...
.: Зигмунд Фрейд - хрон...
ФОРУМ
Туристскими тропами
.: Командировка в КНДР
.: Уик-энд на побережье...
Нет у меня другой страны
.: Моя лошадка
.: Не хорошо человеку б...
Конкурс переводов
.: Искусство и праздник...
.: Роль картины «Крик» ...
Мои рассылки
.: Мои рассылки
Израильский дневник
.: Шалом, Израиль! (око...
.: Шалом, Израиль! (про...
Михаил Лезинский
.: «Жизнь занимательных...
.: Севастополь литерату...
Была война...(1939-1945)
Была война...(1939-1945)
.: С Родиной в сердце!
.: Светка
Гостевая книга
.: Гостевая книга
Мои рассказы
.: Открытки из прошлого...
.: Открытки из прошлого...
Друзья
.: Друзья
Мои стихи
.: А мы уже на "Вы"...
.: Невидимая ноша
Интересные ссылки
.: Интересные ссылки
Содержание
.: Не родись красивой.....
.: Конкурс переводов


 
Яндекс цитирования Каталог лучших ресурсов Интернет
Рейтинг@Mail.ru

1,2,3,4,5,6,7,8,9,10,11,12,13,14,15,16,17,18,19,20
21,22,23,24,25,26,27,28,29,30,31,32,33,34,35,36



© Персональный сайт Якова Ерманка.   E-mail: yakob-e@tut.by